Волшебный мир видеоигр: суперспособности, которые нас сильно удивили

00000000000_20191221-214837_1

Вспоминаем тех героев игр, что обладают действительно неординарными способностями, обучены уникальным трюкам и умениям. Не суперсилой единой!

— Ну так-то, это, я тут на Discovery видал клёвую штуку одну — оказывается, если убить морскую звезду, она потом оживает.
— А морская звезда не в цветастых шортах была? Есть вероятность, что ты смотрел «Спанч Боба».

(c)Телесериал «Теория большого взрыва»

Суперспособности не дают покоя деятелям массовой культуры. Комиксы о фантастических героях вновь переживают золотой век, в Голливуде корпят над новыми историями о сверхлюдях, видеоигры без невероятных умений сложно вообще представить.

Запуская игры, мы уже заранее готовы ко всей этой суперсиле и суперловкости, они встречаются в каждом втором проекте. Да что там сила и ловкость: в любой Call of Duty многие солдаты обучены регенерации и переваривают десяток пуль, отсидевшись за углом! Это все привычно и даже обыденно, даже полеты Человека-паука на паутине уже не кружат голову (особенно после блистательного экшена от Insomniac Games, надолго закрывшего тему паутинной акробатики). Сегодня поговорим о тех играх и тех героях, которые удивили нас чем-то нестандартным. Такими умениями, которые заставили нас искренне удивляться и порой завидовать.

И если уж вспомнить супергероев из комиксов, то и среди их умений можно найти кое-что интересное. Например, у Росомахи Логана, кроме набившей оскомину регенерации, есть суперострое обоняние. Нюх Росомахи, кроме шуток, отлично вписался в такие игры как X-Men 2: Wolverine's Revenge (2003) и X-Men Origins: Wolverine (2009). Все гениальное просто: нам дали возможность принюхаться и увидеть визуальное отображение запахов, а также их направление. Так Логан под нашим руководством вычислял хитроумных вражин и гулял по минному полю.

Острые, как лезвия обеих его мечей, чувства здорово помогали ведьмаку Геральту. Особенно в третьей части, где для охоты нам выделили огромную открытую карту. Призывая на помощь ведьмачье чутье, седовласый быстро отмечал ярким цветом интерактивные предметы и источники шума. Польские разработчики очень круто показали обострившийся слух ведьмака: стоило хорошенько покрутить игровую камеру, и мы могли подслушать разговор стражников у ворот. Или услышать, как рычат в зарослях голодные волки.

И Росомаха, и Геральт — мутанты, а мутации могут давать массу дополнительных суперопций. В играх, по крайней мере. Так, герой боевика Dark Sector Хайден Тенно попадает под удар биологического оружия. В Восточной Европе, кто бы сомневался. Но вместо того, чтобы тихонько помереть, Тенно мутировал в смертоносного ниндзя. Броней, что наросла прямо на кожу, никого не удивишь. Но игра запомнилась чудесным оружием, выраставшим у агента прямо из руки. Смесь бумеранга и сюрикена рубила, кромсала и поджигала врагов, возвращаясь после броска обратно. Особый шик — возможность управлять бумерангом в замедлении. Dark Sector со своими мутантами стал во многом тренировкой для разработчиков из Digital Extremes. Позднее они перенесли некоторые дизайнерские решения прямиком в Warframe, чудовищной мощи условно-бесплатный экшен. Хотите увидеть весь набор способностей космического ниндзя — взгляните на Warframe. Бег по стенам — это меньшее, на что способны воины тенно (ага, это фамилия героя из предыдущей игры).

Не стоит забывать, что нет большей силы, чем разум. Суперспособности разума в играх встречаются не реже, чем горы мускул. По профилю своей работы чудесами из недр сознания нередко радуют игровые детективы. Пол Просперо из The Vanishing of Ethan Carter обладает даром буквально видеть события прошлого. Со всеми его призраками и драмами. Подойдя к трупу, Пол — не без помощи игрока — может восстановить все те события, что привели к печальному исходу. А Дэвид Янг из D4: Dark Dreams Don't Die может буквально переноситься в прошлое. Для этого нужно взять в руки особый предмет-ключ, например, полицейский жетон погибшего копа. Дэвид не просто видит произошедшее, но и участвует в тех событиях. То есть, убийство Кеннеди можно было бы не только раскрыть, но и предотвратить. Цена такой способности — пуля в голове; недешево, скажем прямо.

Джон Таннер в аркадной гонке Driver: San Francisco вообще лежит в коме. Что не мешает его свободному разуму демонстрировать сверхспособности. Пока Таннер валяется в больнице, утыканный трубками, его дух парит над мегаполисом. Можно с легкостью вселяться в других людей, с поправкой на жанр игры — в водителей. Именно так нужно остановить преступника-психопата. А еще изучить масштабную песочницу-мегаполис и выполнить десятки сюжетных и побочных миссий. Дух коматозника, летающий на высоте орла — звучит несколько бредово, но именно такая способность вывела Driver: San Francisco в разряд хитов.

Охотница за воспоминаниями Нилин из игры Remember Me использует оригинальную способность корректировать память людей. Проникая в чужое сознание, Нилин изменяет их воспоминания. В итоге одна подправленная деталь изменяет все поведение субъекта. Такой процесс давал действительно интересный новый опыт: нужно было найти ключевой момент воспоминаний, роясь в памяти, как монтажер в кинопленке. А затем Нилин что-то убирала, переставляла, переключала — и возникало новое воспоминание. Ложное, по понятным причинам. Этические вопросы опустим.

А Ник Скрайер из хита 2004 года Psi-Ops: The Mindgate Conspiracy показал триумф экстрасенсорики и победу разума над телом. Ник обладал всеми мыслимыми талантами, что так любит желтая пресса. Он владел пирокинезом и телепатией, швыряясь в террористов предметами окружения. Он выходил из тела по методике индейских шаманов и видел ауру тайным зрением. Он вытягивал психическую энергию из врагов, взрывая им головы в прямом смысле слова. Ник, наконец, мог управлять людьми, как марионетками; на этом был завязан ряд интересных головоломок. Такой набор приемов обеспечил игре очень теплый прием и армию поклонников. Жаль, продолжение не последовало...

По непонятным причинам создатели игр постоянно игнорируют такой популярный в фантастике метод, как чтение мыслей. Но есть, к счастью, такие редкие игры, как Divinity 2: The Dragon Knight Saga от бельгийцев, любимых в народе за всю немаленькую франшизу Divinity. Команда Larian Studios обставила процесс просто, но со вкусом: за очки опыта можно узнать, что за мысли витают в любой голове. Среди банальностей и глупостей можно выловить ценные подсказки и даже целые квесты.

Не забывают разработчики игр и о более привычных аспектах супергеройского ремесла. Интересно подать можно даже привычную суперскорость, то есть замедление времени, оно же slo-mo. Полувампирша Рейн из Bloodrayne запомнилась не только съемкой в Playboy. Замедление времени у Рейн засверкало и заиграло, стоило лишь разработчикам из Terminal Reality убрать ограничение на его продолжительность. Там, где старина Макс Пейн быстро выдыхался, Рейн плавно порхала латексной бабочкой. Вампирше можно позавидовать, ведь такая скорость не оставляла солдатам вермахта ни единого шанса. Еще Рейн пила кровь и так восстанавливала силы, но тут мы завидовать не будем: кусать потных от страха нацистов — то еще, видимо, удовольствие.

Много внимания в играх уделено способу перемещения; обычная ходьба или бег — скучно! C 1999 года бродит сумеречными тропами Разиэль из серии Legacy of Kain: Soul Reaver. Разиэль и прежде простым человеком не был, а был он лейтенантом вампирской армии. А уж после того, как его предали и бросили на дно зачарованного озера, он стал совсем уж непотребным чудищем. Правда, при этом научился заглатывать души и в любой момент уходить в Темное измерение. А уж в Сумерках Разиэль мог пройти там, где в реальном мире стоят, к примеру, крепостные ворота. Затем нужно вернуться в наш мир и — вуаля! — можно порадовать врагов своей страшной рожей (синяя кожа и оторванная нижняя челюсть).

Старую добрую телепортацию с поправкой на скоростной экшен демонстрируют французские разработчики в известном проекте Dishonored: расстояния небольшие, зато можно делать скачки мгновенно, запутывая противников. Обычная для фантастических книг и кино левитация в играх встречается нечасто — в этом году расстарались финны из Remedy: левитацию можно опробовать в боевике от третьего лица Control. Джесси Фейден, рыжеволосая бой-девица, показывает в Control массу фокусов, и среди них — наконец-то — полет или левитация, которой даже джедаи не обучены. А есть в играх и совсем уж забавные способы перемещения. В стильном инди-экшене Deadbolt ваш протагонист (наемный убийца в мире оживших мертвецов, оцените иронию) будет легким ветерком переноситься по шахтам вентиляции, что очень удобно для проникновения в дома с охраной. Правда, таким же ветерком он будет проноситься и по трубам канализации, а это уже не то чтобы весело...

Квантовые выкрутасы — или сверхспособности со временем — также занимают умы разработчиков игр. Нередко тот или иной герой пытается боловаться с рекой времени. О замедлении уже все сказано, все приветы «Матрице» уже переданы. Вот в Life is Strange все гораздо интереснее. Девчушка Макс получает способность обращать короткий отрезок времени вспять и изменять прошлое, хотя вселенная против, как говорят авторитеты вроде Стивена Кинга в романе «11.22.63». В такие моменты люди идут задом наперед, слышится речь в формате реверсивной перемотки, физические законы обращаются вспять. Более свободен в выборе действий Джек Джойс из Quantum Break. В результате несчастного случая (ага, в лаборатории) Джек стал настоящим хозяином времени. Хозяином, правда, локальным, местечковым. С потрясающей визуализацией Джек останавливает время, совершает хронорывки и хроноскачки, поражает наемников злодейской корпорации хроновзрывами... В Quantum Break нет ни одной по-настоящему свежей механики, но тут главное — не что показано, а как показано. Лучшие хроноспецэффекты в истории игр.

Иногда в качестве суперсил нам дают возможность натравить на врага какую-нибудь живность. Например, в зачумленной столице из упомянутой Dishonored мы могли призвать стаю голодных — и мерзких — крыс. Тех же крыс — еще более мерзких! — сделали центральной темой отличного приключения A Plague Tale: Innocence (не будем спойлерить, как именно меняется отношение к ним в финале). Не менее приятно и весело командовать роем пчел, заставляя врага плясать от укусов. Такие способности нам дают плазмиды в незабвенной BioShock. В этой же игре можно опробовать голливудскую классику: замораживаем злодея до состояния ледяной статуи и разбиваем свое творение в мелкие осколки ударом разводного ключа! Отлично дополняет стандартные приемы с огнем и электричеством.

Кстати, об электричестве. Почувствовать себя человеком-шокером дает консольная, эксклюзивная для PlayStation серия экшенов в открытом мире InFamous. По сюжету первой части молодой человек Коул оказывается в эпицентре взрыва, наделившего его электросилой. Далее герой — или злодей, игра дает выбор — развлекается на всю электрокатушку. Он использует электроток как оружие, обучается заряженному паркуру и даже полетам, вернее управляемому падению с электрической тягой. Особый шик в InFamous — возможность пронестись по электропроводам над кварталами, будто серфер на волне.

Если многие герои видеоигр используют силу условного Света (например, крестоносец в Knights of the Temple: Infernal Crusade восстанавливает здоровье в молитве), то некоторые оригиналы за силой обращаются к вполне конкретной тьме. Необязательно с большой буквы. Юный мафиози Джеки Этакадо из The Darkness носит в себе родовое проклятие. Кроме противного голоса в голове, оно дает небывалую силу герою и интересные механики игроку. Джеки силен во тьме: там затягиваются его раны, оттуда приходят верные гремлины-миньоны. И там можно отрастить за спиной двух кровожадных анаконд, котрыми мы управляем, как адским мечом и щитом. Игру ругали за неудачную работу с открытым миром, но все механики со змеями из тьмы привели в восторг и критиков, и игроков. А неплохой стелс-экшен Aragami (2016) целиком завязан на прыжках-телепортах из тени в тень. Там наш герой, Дух Мести, невидим, непобедим и вообще чувствует себя комфортно.

Мастерство сверхъестественной маскировки можно оценить в Prey (2017). Морган Ю, протагонист, пытается выжить на орбитальной станции, где разбуянились пришельцы. К счастью, земные технологии позволили перенимать умения инопланетян-тифонов. Среди множества умений стоит выделить мимикрию. Лучший способ спрятаться — превратиться во что-нибудь безобидное. В кружку, например. Подобных трюков в играх до Prey не было.

Бывают в видеоиграх и совсем уж крышесносящие способности. Хидетака Суехиро, он же SWERY, скромный безумный гений дизайна из Японии, дал игрокам максимально необычный набор талантов для героини The Missing: J.J. Macfield and the Island of Memories. Длинноногая блондинка Джеки в этой игре умерла, но не лишилась желания убраться с проклятого острова. Второй раз Джеки умереь не может, и теперь решает головоломки, расчленяя свое симпатичное тело. Оторвать руку и запустить ее в узкий проход — запросто, так мы доберемся до нужного рычага. Девушка ползает без ног, ее вырванная с корнем голова катается, как Колобок из сказки, в кадре постоянно творятся вещи, опасные для хрупкого рассудка. Неизвестно, что именно употреблял SWERY, трудясь над этой незаурядной игрой. Говорят, растут в северных лесах особые грибы, и вот они... Но не будем об источниках вдохновения Суехиро. Чем-то схожую механику предложит вскоре потенциальный хит для Switch под названием Skellboy. Там герой будет вставлять трофейные конечности взамен собственных. Это не стройная красавица, а мультяшный скелет, так что за психику можно не опасаться.

В этом и есть прелесть видеоигр: мы не просто наблюдаем за очередным супергероем, мы сами можем опробовать способности за пределами реальных. 


Читайте также: